Сменился пульс. Иная в нем работа.
Я сам теперь — надежное плечо.
Мне больше не нужна своя победа,
Она сгорела в сердце горячо.
Теперь моя задача — быть опорой,
Когда чужая сходит резьба,
И гасить ледяную, злую пору,
Чтоб в чьих-то легких плавилась борьба.
Пусть им цветы, софиты и букеты,
Пускай их носит слава на руках.
Мои трофеи — новые атлеты,
Застывшие в моих живых стихах.
Сотрется имя. Выцветет афиша.
Забудет пресса мой последний взмах.
Но я останусь в том стальном затишье,
Что вызывает дрожь в чужих руках.
Сменился пульс. Иная в нем работа.
Я сам теперь — надежное плечо.
Мне больше не нужна своя победа,
Она сгорела в сердце горячо.
Теперь моя задача — быть опорой,
Когда чужая сходит резьба,
И гасить ледяную, злую пору,
Чтоб в чьих-то легких плавилась борьба.
Пусть им цветы, софиты и букеты,
Пускай их носит слава на руках.
Мои трофеи — новые атлеты,
Застывшие в моих живых стихах.
Сотрется имя. Выцветет афиша.
Забудет пресса мой последний взмах.
Но я останусь в том стальном затишье,
Что вызывает дрожь в чужих руках.